А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ь Ы Ъ Э Ю Я

АНТРОПОНИМИКА

АНТРОПОНИМИКА (от греч. anthrd-pos — человек и onyma — имя) — раздел ономастики, изучающий антропонимы — собственные именования людей: имена личные, патронимы (отчества или иные именования по отцу), фамилии, родовые имена, прозвища и псевдонимы (индивидуальные или групповые), криптонимы (скрываемые имена). Изучаются также антропонимы лит. произведений, имена героев в фольклоре, в мифах и сказках. А. разграничивает иар. и каионич. личные имена, а также разл. формы одного имени: литературные и диалектные, официальные и неофициальные. Каждый этнос в каждую эпоху имеет свой антропонимикой — реестр личных имей. Совокупность антропонимов называется ант-ропонимией. Антропоним, особенно личное имя, отличается от мн. других имен собственных (онимов) характером индивидуализации объекта: каждый объект номинации (человек) имеет имя. Реестр имен ограничен. Имена личные повторяются, что заставляет давать дополнит, именования. Офиц. именование человека в развитом об-ве имеет свою формулу имени: определ. порядок следования антропонимов и имей нарицательных (этнонимов, названий родства, специальности, рода занятий, званий, титулов, чинов и т. п.). Постоянная формула имени была известна еще в аитич. Риме: praenomen (личное имя) + nomen (родовое имя) + cognomen (прозвище, позднее фамильное имя) + (иногда) agnomen (добавочное прозвище), иапр. Publius Cornelius Scipio Africanus major. В Индии эта формула складывается из трех (реже более) компонентов: 1-й — в зависимости от гороскопа, 2-й — показатель пола илн принадлежности к религ. секте, 3-й — иазв. касты или вместо него псевдоним; напр., имя Рабиидранат Тагор имеет след. компоненты: Рабиндра (Бог Солнца), Натх (муж), Тхакур (каста землевладельцев). Форма именования человека зависит от речевого этикета. А. изучает информацию, к-рую может нести имя: характеристику человеческих качеств, связь лица с отцом, родом, семьей, информацию о национальности, роде занятий, происхождении из к.-л. местности, сословия, касты. А. изучает функции антропонима в речи — номинацию, идентификацию, дифференциацию, смену имен, к-рая связана с возрастом, изменением обществ, или семейного положения, жизнью среди людей др. нацно- нальности, вступлением в тайные об-ва, переходом в др. веру, табуироваиием (см. Табу) и др. Специально изучаются особенности имей в эпоху социализма в силу введения в идеологию общества новых понятий, к-рые дали основу новым именам. Предметом теоретич. А. являются закономерности возникновения и развития антропонимов, их структура, антропоним-иая система, модели антропонимов, ист. пласты в аитропонимии того или иного этноса, взаимодействие языков в антропо-иимии, универсалии. Теоретич. А. применяет те же методы исследования, что и др. разделы ономастики (учитываются особые условия, мотивы и обстоятельства именования людей — социальные условия, обычаи, влияния моды, религии и т. д.). Прикладная А. изучает проблемы нормы в именах, способы передачи одного имени в разных языках; способствует созданию аитропоиимич. словарей. Ант-ропонимист помогает в работе органов загса, в выборе имен, в разрешении иек-рых спорных юридич. вопросов именования человека. А. тесно связана с историей, этнографией, географией, антропологией, генеалогией, агиографией, юриспруденцией, лит-ведением, фольклористикой, культурологией. А. вычленилась из ономастики в 60—70-х гг. 20 в., однако целый ряд проблем рассматривается комплексно. До 60-х гг. 20 в. вместо термина чА.» мн. исследователями использовался термин «ономастика». 9 См. лит. при ст. Ономастика. Н. В. Подольская. АОРИСТ (греч. aoristos) — грамматическая категория праиндоевропеаского глагола, выражавшаяся совокупностью нескольких парадигм личных форм, различных по своей структуре и происхождению, но имевших относительно общее видо-времеииое значение недлительного совершенного прошедшего действия. Праиндоевроп. А. реконструируется по данным текстов Ригведы и Авесты, санскрита, др.-греч. и старослав. языков. В иек-рых слав, языках А. как особая глагольная категория функционирует до сих пор (болг., сербскохорв., лужицкие). Структура и динамика А. хорошо реконструируется в истории праслав. языка. В др. иидоевроп. языках А. рано утрачен, ио его рефлексы прослеживаются в герм, и кельт, претерите, лат. перфекте и др. Праиидоевропейский (как и праслав.) А. составлял нейтрализуемые корреляции с имперфектом и презеисом. А. и имперфект противопоставлялись презеису как прошедшее — непрошедшему (настоящему и будущему) с помощью более архаич. (т. наз. вторичных) флексий лица и числа. Окончания всех лиц ед. ч. и 3-го л. мв. ч. A. (*-m, *-s, *-t, *-nt) отличались от соотв. окончаний презенса (*-mi, *-si, *-ti, *-nti) отсутствием форманта *-i. Презенс и имперфект, образованные от основы презенса, противопоставлялись А. спецификой аористиых основ (ступень редукции корня, формант *-s и др.), хотя не для всех классов глагола; в ряде случаев основы А. И презенса совпадали, презенс и А. различались лишь окончаниями. А. и исконный имперфект объединялись общностью флексий и отличались спецификой основы, хотя в иек-рых случаях совпадали и основы, т. е. формы А. и имперфекта нейтрализовались. В плане содержания маркированным был имперфект и обозначал длит, несовершенное Действие. Развитие древнего А. осуществлялось в тесном взаимодействии с др. глагольными категориями, и прежде всего с имперфектом. Общая тенденция генерализации основ обусловила усиление нейтрализации в корреляции А. и имперфекта вплоть до полной их конвергенции, чаще в пользу форм прежнего имперфекта. Результаты такого процесса отмечаются и Авесте и праславянском, где формы А. часто восходят к прежнему имперфекту. В тех языках, где А. рано утрачен, отд. формы его конвергировали с формами презенса или перфекта. Нек-рые формы герм, и кельт, претерита восходят то к А., то к перфекту. Противоположная тенденция усиления оппозиции А. и имперфекта приводила к усилению формального выражения А. (формант *-s- и др.). Грамматикализация форманта *-s-, по происхождению слово-образоват. суффикса, первонач. имевшего лишь видовое значение, привела к формированию сигматич. А. (иначе — слабого, илн нового, характеризующегося суффиксом -s-), сосуществовавшего с А. простым (иесигматическим, или сильным, образуемым присоединением окончания непосредственно к корню) в санскрите, др.-греч. и праслав. языках. Вероятно, простой и сигматич. А. отличались и по значению, ио реконструировать такое различие пока ие удается. Иногда от одного и того же корня образуются оба типа А. (санскрит). Часто оба типа А. образовывали контамиииров. парадигму (2-е и 3-е л. ед. ч. праслав. сигматич. А. восходят к А. простому, а иногда и к исконному имперфекту, ранее совпавшему с простым А.). Длит, сохранение А. у славян обусловлено усилением корреляции А. и имперфекта благодаря тенденции к дифференциации глагольных основ (А. инфинитива ~ имперфекта-презеиса), с одной стороны, и усиления противопоставления совершенного (А.) иесов. виду (имперфект) — с другой. Генерализация форманта *-х (<*-s) привела к появлению нового сигматич. А., при образовании к-poro показатель -х//ш- присоединяется к корню при помощи тематич. гласного, а корневой слоговой элемент остается на одной ступени на протяжении всей парадигмы, и нового собственного слав, имперфекта, вытеснявших все прежние формы простых прош. времен, ср. ст.-слав. формы 1-го л. ед. ч. и 3-го л. ми. ч. клАхъ... клАшА (А.)~ кол1Л-Дхъ...кол>ЛДхЖ (имперфект) при инфинитиве клйти, 2-м л. ед. ч. наст. вр. колЮ-ши, рус. чколоть ~ колешь». В тех слав. языках, где сохраняется корреляция А. и имперфекта, такое различие строится иа противопоставлении основ (болг.), а частично и флексий (сербскохорв.) или на видовом различии (лужицкие). 9 Елизаренкова Т. Я., Аорист в «Ригведе», М., 1960; Кузнецов П. С, Очерки по морфологии праслав. языка, М., 1961: W a t k i n s С, The Indo-European origins of Celtic verb. I. Sigmatic aorist, Dublin, 1962. В. К. Журавлев.
АНТИЧНАЯ ЯЗЫКОВЕДЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ АРАМЕЙСКОЕ ПИСЬМО